Второе рождение Венеры - Страница 14


К оглавлению

14

– Не знаю, что именно вы читали, – улыбнулся он.

– А вы разве не итальянец? – вмешалась Стефания Гуарески. – Я тоже слышала про вас, но была уверена, что вы итальянец. Кажется, мне рассказывали, что вы живете где-то под Римом.

– Слишком много ненужных сплетен вокруг моего имени, – недовольно заметил Дронго.

– Если вы не станете возражать, мы побеседуем сначала с госпожой Маркевич, – предложил Абрамшис, – мы будем ждать вас через десять минут в кабинете менеджера отеля. Хочу сообщить всем, что австралийская группа уже покинула отель и теперь мы здесь единственные гости, не считая мистера Дикинсона, который находится в своем номере в не совсем идеальной форме для подобного общения.

Вместе с Дронго они вышли из зала, провожаемые взглядами шестерых женщин и Вацлава Сольнаржа. После ухода обоих мужчин наступила неприятная тишина.

– Что вы об этом думаете? – первой спросила Мильви, обращаясь к сидевшей рядом Катибе.

– Нужно переждать ураган, – спокойно ответила марокканка.

– Нет, я не об этом. Теперь нас не только задержали на острове, но и будут допрашивать.

– Они будут искать куклу, – напомнила Кристина, – при чем тут вы? Почему вы так нервничаете?

– Я не нервничаю. Мне вообще неприятно, что я не могу вовремя вылететь отсюда и должна принимать участие в непонятном расследовании по поводу исчезнувшей игрушки. Да и смерть самой госпожи Хильберг – очень неприятное событие для нашей успешной конференции.

– Ей было много лет, – напомнила Стефания.

– А мне казалось, что она будет жить вечно, – задумчиво произнесла Каролина, – она была в такой хорошей форме.

– Может, у нее было больное сердце, – вставила Динара, – мы же не знаем, от чего она умерла. Может, она вчера ночью понервничала. Или это был инфаркт. Все, что угодно. Ей было далеко за семьдесят.

Она была моложе всех и поэтому возраст «далеко за семьдесят» казался ей почти библейским. Остальные не совсем разделяли ее точку зрения.

– Нужно было поговорить с мистером Энтони и узнать, как умерла баронесса, – сказала Катиба, – но сейчас уже поздно об этом сожалеть. Он был в таком неуправляемом состоянии.

– Слабый мужчина, – неодобрительно сказала Стефания. – Когда им плохо, они напиваются, чтобы утопить в вине свое горе и свой страх.

– А может, он просто ее очень любил, – возразила Динара.

– Надеюсь в платоническом смысле, – хищно улыбнулась Стефания, – ей было восемьдесят, а ему чуть больше тридцати пяти. Она годилась ему в бабушки. Хотя в наше время так быстро меняются вкусы.

– Что вы такое говорите! – всплеснул руками Вацлав. – Он просто нежно и тепло относился к ней. Они ведь уже давно вместе ездят по всему миру. Кажется, он работает у нее уже лет пять. Он сам говорил мне об этом.

– В таком случае его безутешному горю можно только сострадать, – согласилась Каролина, – но почему господа полицейские эксперты считают, что мы должны знать об этой кукле? Почему они не подозревают обслуживающий персонал или остальных гостей?

– Видимо, у них есть веские основания так полагать, – сказала Мильви, – во всяком случае, теперь в отеле остались только мы одни.

– И кто-то из нас будет на подозрении как воровка, – тревожно вздохнула Кристина. – Это просто ужасно. Так неприятно чувствовать себя в роли подозреваемой.

– Что это была за кукла? – уточнила Мильви. – Сколько она стоила? Может, это был просто некий талисман?

– Нет. Насколько я помню, миссис Хальдорф говорила, что это уникальная кукла, сделанная по картине самого Боттичелли.

– Настолько старая кукла? – удивилась Мильви.

– Нет, не очень старая. Но сделанная по его картине. Кажется, «Рождение Венеры».

– И сколько стоит эта кукла? – не унималась Мильви Пухвель.

– Я не помню точно. Но можно все узнать. – Кристина достала свой мобильный телефон и набрала знакомый номер миссис Хальдорф. Довольно долго ждала соединения. Затем взглянула на телефон: – Кажется связь работает не так хорошо, у меня произошел сбой. Сейчас попробую еще раз. – Она повторно набрала номер.

И на этот раз услышала голос миссис Хальдорф.

– Добрый день, – обрадовалась Кристина, – извините, что я вас беспокою, миссис Хальдорф. У нас произошло несчастье. Умерла баронесса Хильберг. Да, да, умерла во сне. Большое несчастье, я с вами согласна. Мы все очень переживаем. Нет, никакой помощи нам не нужно. Спасибо. Мы еще находимся на острове, так как здесь нелетная погода. Надеюсь, что скоро мы вылетим. Нет, все в порядке. Я хотела узнать у вас про куклу. Помните, вы говорили мне о кукле, которую привезла с собой миссис Хильберг. Нет, я точно помню, что вы говорили мне о кукле «Рождение Венеры» по картине Боттичелли. Неужели не помните? Она исчезла, и ее теперь не могут найти. Да, кукла. Нет, та, о которой вы мне говорили. Как не говорили? Никогда о ней не слышали? Да, я вас понимаю. Тогда извините. Я, наверно, ошиблась. Простите.

Она опустила телефон, недоуменно посмотрела на сидевших вокруг женщин.

– Ничего не понимаю, – пробормотала Кристина, явно смущенная таким внезапным ответом своей знакомой, – я не могла ошибиться. Она точно рассказывала мне об этой кукле. А теперь говорит, что никогда не говорила со мной на эту тему. И вообще первый раз слышит про эту куклу.

– Зачем она нам нужна? – встрепенулся Вацлав. – У меня в моем мобильном телефоне есть Интернет. Сейчас уточню, сколько могла стоить кукла «Рождение Венеры». Если это известная кукла, то наверняка она есть в Интернете. Или проверим по картине Боттичелли. Там наверняка тоже есть ссылки на эту куклу.

14